Денис Орлов (d_orlov) wrote,
Денис Орлов
d_orlov

Categories:
  • Music:

Дал интервью

текст под катом

− Сегодня Россия втягивается в мировой финансовый кризис. Много разговоров идет о том, с какими проблемами столкнется производство, финансовая система и т.д. Вам как критику «реформы местного самоуправления» хотелось бы задать несколько вопросов о том, с какими проблемами столкнутся муниципальные образования.


− Критиковать реформу чего-то можно, только если понимать, что же реформируют, что подлежит изменению. Я критиком не являюсь. Я не критик, я противник реформы местного самоуправления. Введение местного самоуправления сравнимо разве что с подписанием Беловежских соглашений. В результате Беловежского сговора мы потеряли огромные территории, в результате появления местного самоуправления мы теряем то, что осталось от СССР в виде РФ. Россия, имеющая такой порок государственности, как местное самоуправление – это совершенно иная политическая реальность, чем СССР или европейские государства.

− Тогда попробуем дать описание этой новой реальности.


− Здесь нужно сообщить сразу множество характеристик государства, имеющего этот порок, переходя от одного ключевого момента к другому. Начать я предлагаю с вопроса о фрагментизации политического пространства, с уяснения того, чем является муниципальное образование и чем оно не является.


Давайте начнем с такой аналогии. Вам известно, что такое федерализм? Местное самоуправление – это подобное деление территории государства на относительно автономные по отношению к государству политико-территориальные образования. Такие же субъекты, только не имеющие статуса государственных и расположенные на уровне, соответствующем районному делению.


За такое территориальное устройство никто в декабре 93-го не голосовал ни «За», ни «Против». Понятие «муниципальное образование» впервые в нашем законодательстве появилось годом позже – с принятием части первой Гражданского кодекса РФ. В главе 5 кодекса содержалась норма, о том, что Российская Федерация и субъекты Российской Федерации не несут никакой ответственности по обязательствам муниципальных образований. Определение этих образований было дано Законодателем еще спустя год в федеральном законе «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации».


− То есть сама Конституция 1993 г. никакой «реформы местного самоуправления» не предполагала?


− Ну да, в Конституции записали: «… в РФ признается и гарантируется местное самоуправление», а реальное наполнение смыслом, а вернее, раскрытие смысла этого понятия, началось гораздо позже. И было сказано, что это не столько отношения людей между собой, сколько отношения между государством и территорией, на которой эти люди проживают. Так прямо сказано в тысячах законов, в том числе в Гражданском, Бюджетном и Налоговом кодексах.


Необходимо освободиться от «магии слов». Местное самоуправление – это не самоорганизация, а отношения внутри страны между территорией (пространством), имеющей государственный статус, и пространством, не имеющим государственного статуса. Географически эти пространства совпадают («РФ» и сумма территорий муниципальных образований). Например, город Иваново – административно-территориальная единица Российской Федерации (даже не единица, а «географическая точка»), а вот муниципальное образование «Город Иваново» − это не территория государства, а некое пространство, на котором осуществляется местное самоуправление. Такая неэвклидова геометрия.


То есть, местное самоуправление – это все тот же, будь он неладен, федерализм, только уровнем ниже. Район, город, пара деревень в медвежьем углу – это субъекты местного самоуправления, так же как край, республика, область, Москва и Санкт Петербург – субъекты Федерации. 
Муниципалитет обладает почти всеми признаками субъекта Федерации: собственной территорией, своими органами власти, собственностью, исключительными предметами ведения, своей муниципальной системой нормативных-правовых актов. 


Отличия муниципалитета и субъекта Федерации в следующем: во-первых, муниципалитет лишен государственного статуса. Об этом Законодатель прямо не сказал, но все что связано с муниципалитетом: муниципальная власть (предметы ведения, органы местного самоуправления, нормативные акты), собственность, включая бюджет, а также налоги – все это лишено государственного статуса. 


Во-вторых, в отличие от субъекта Федерации муниципалитет обладает собственным субъектом власти. Им выступает население муниципалитета. Так же как у Российской Федерации субъектом власти выступает «многонациональный народ Российской Федерации». Такого субъекта у регионов нет по одной простой причине – это путь к конфедерации и далее к развалу, к роспуску России. Любопытно, что когда федеральные власти с начала двухтысячных годов заставляли исключить из уставов областей и конституций республик какие-либо упоминания о собственном субъекте власти, те же самые федеральные власти прямо предписали законом включить соответствующую норму в уставы муниципалитетов. 


Местное самоуправление, по нашему законодательству, − это «самостоятельная и под свою ответственность деятельность населения». Эта жуткая формулировка появилась еще во времена Горбачева. Как видите, разделено не только политическое пространство государства, но и образующий его народ – «многонациональному народу» противопоставлены более 25 тысяч территориальных меньшинств, заключенные в границы муниципальных образований.

 
Российская Федерация – это государство, существующее в состоянии расколотого бытия, с вынесенными за скобки народом, властью, территорией. Когда наши депутаты расширяют список исключительных предметов ведения местного самоуправления, они решают, в каком качестве народ должен быть вынесен за эту специфическую государственную границу в пространство внутреннего третьего мира.

 
− 20 лет – большой срок. Неужели понадобилось затратить столько времени и труда, только для того чтобы навредить? Какие цели преследовались?


− Какая общеизвестная проблема у местного самоуправления, о которой больше всего твердят в СМИ? – Нет денег. Но это не столько проблема, сколько одна из тех целей, которые преследовались элитой. Денег у муниципалитетов, за исключением нескольких десятков-сотен из них, не будет никогда.


Их не будет по следующей причине. Российская Федерация, субъекты Федерации и муниципальные образования – это всё разные собственники. Собственники – это различные субъекты гражданско-правовых и бюджетных отношений. В идеале их ничего не связывает, они не объединены общей судьбой. В отсутствие государственного планирования государство и муниципалитеты не связаны и общими целями. Уже поэтому государство живет своей жизнью, а муниципалитет – своей. Российская Федерация не отвечает по обязательствам муниципальных образований, муниципальные образования не отвечают по долгам РФ. То есть муниципалитет, как автономное образование, как собственник, наконец, все свои потребности должен покрывать за счет «собственных средств».


С другой стороны, один собственник – РФ – определяет правовой и политический статус муниципальных образований. 

 А какие средства и какие источники дохода у муниципалитета? Те, что определил Законодатель, а вернее РФ. 
Кто определил структуру расходов местного самоуправления? − Опять же Законодатель (РФ). 
А законодатель сделал так, что этих денег едва хватает на покрытие текущих расходов, таких как оплата электроэнергии и приобретение топлива. Поэтому в эти 20 лет никто в инфраструктуру ЖКХ не вкладывался и жилье не ремонтировал – у муниципалитетов не было денег. Это не позволила сделать Российская Федерация. 


− Вы сейчас говорите о Российской Федерации как о чужом государстве. 


−  Я (как и эти чиновники) всего лишь выразил положения действующего законодательства разговорным языком. Не беспокойтесь: те же руководители Минфина или депутаты Госдумы говорят более страшные вещи. Например, выступает большой чин из Госстроя России и говорит примерно следующее: основной задачей реформы ЖКХ является доведение до сознания населения, что основную ответственность за содержание жилищно-коммунального хозяйства несет само население. Это обращение к иной сущности – к населению, в статусе не-народа, а к территории, в статусе не-государства. В течении долгого времени подталкивают граждан России к осознанию того, что муниципалитет – не часть РФ. Этому процессу никто не сопротивляется, а тормозит его лишь инерция советской действительности.


Встречаются публикации, в которых какой-нибудь там замминистра или депутат говорит: муниципалитетам не стоит предоставлять более или менее нормальную налоговую базу, чтобы не породить иждивенческих настроений. Или то же самое, но со ссылкой на мнение Минфина РФ. Слышать такое от первых лиц государства – оскорбительно. Но они так же, как и я сейчас, всего лишь повторяют положения законодательства. 


Председатель Комитета по местному самоуправлению Государственной Думы Владимир Мокрый в конце 2002 года в одной из публикаций заявил предельно конкретно, что необходимо переходить от политики государственной поддержки местного самоуправления как политического института к государственной политике в отношении муниципальных образований. А в начале двухтысячных годов всерьез предлагали в качестве инструмента государственной политики в отношении муниципалитетов ввести процедуру банкротства. Это то, что я называю управлением страной в режиме подвластной, но не своей земли.
Когда я говорю, что муниципальные образования не имеют государственного статуса, на меня смотрят округленными глазами: как же так, ведь они в Российской Федерации, а не на Кипре, Аляске или на Мадагаскаре. Хорошо, давайте разберёмся, что нам известно о муниципалитете.


Муниципалитет – это населенная территория, в пределах которой осуществляется местное самоуправление, имеются муниципальная собственность, местный бюджет и выборные органы местного самоуправления. Но МСУ – это власть, которая по нашей конституции не является государственной. Органы МСУ, по той же конституции – это негосударственные органы власти. Муниципальные служащие – это негосударственные служащие, представителем нанимателя (придумали же слово) для муниципальных служащих является муниципалитет, а не РФ с ее многонациональным народом. Вопросы местного значения – это предметы ведения муниципального образования, исполнение которых государством допускается в исключительных случаях. О собственности я уже сказал. Так с какой стати муниципалитет можно называть частью государства или частью его территории? Это совершенно иное политическое пространство.


Чтобы лучше было понятно, приведу такую аналогию. Представляете Африку и Европу? Географически континент Африка и субконтинент Европа не совпадают, правильно? Но большинство африканских стран от Европы находятся в политической зависимости. В экономической − тоже. При этом, являясь субъектами международного права, они формально суверенны, имеют собственные органы власти и т.п. Как таковая колониальная администрация в них тоже отсутствует, поэтому и во внутренних делах и в отношениях с соседями они (африканские государства) выступают от собственного имени. Все беды этих государств − вина их собственных правительств, хотя все прекрасно понимают, что собственная воля их отсутствует. Через них, как свет через призму, преломляется воля государства-метрополии.


Запада, как целостной системы, без стран третьего мира не существует. Собственно, колонии – это феодальные порядки, вынесенные за пределы собственных границ. Наше правительство создает внутреннюю Африку в пределах собственных границ.


И до сих пор не нашлось силы, препятствующей выстраиванию внутреннего «третьего мира», абсолютно подконтрольного и абсолютно бесправного.

 
− Почему бесправного? Ведь существует право на судебную защиту, рассматриваются варианты административной юстиции.


− Во-первых, местное самоуправление – население и его хозяйство, объединенное общей территорией муниципалитета – бесправно перед волей законодателя. Ведь оно даже создано законодателем.
Во-вторых, каждому судебному спору между муниципальным образованием и органами государственной власти невероятно радуются – каждый такой суд подтверждает существование государственной границы между государством и муниципальными образованиями.
Никакого «само» в самоуправлении нет. Вся деятельность органов местного самоуправления и населения регламентирована законодательством почти на все 100 процентов. Советы и их исполкомы были в десятки раз более самостоятельными.


− Значит местное самоуправление – это по существу колонизация Москвой страны?


− Нет. Москва – это всего лишь столица и субъект Федерации. Привилегированный, но не более того. Я не хотел бы называть это ни колониальной системой, ни новым феодализмом, потому что эти понятия перегружены другими смыслами и в качестве ругательств и без того используются в митинговой риторике. Все это только отвлекает и озлобляет, но не дает увидеть действительное положение вещей. Можно и муниципалитет без особой натяжки назвать резервацией, гетто и т.д., но это будет выглядеть какой-то странной и безосновательной руганью, особенно для тех чудаков, у которых «все надежды на местное самоуправление». 


Россия с трубой газовой освобождается от России с трубой канализационной и трубой дымогарной, обрекая ее на полную деградацию и одичание. Деградация провинции – это цена эмансипации элиты от интересов собственного населения. Москве уготована та же участь с небольшой отсрочкой.

 



http://www.orossii.ru/content/view/142/10008/

Разговор будет продолжен.
Пеар, критика и вопросы приветствуются.

Я уже сообщал об этом, но дал не ту ссылку, поэтому повторяюсь
Tags: МСУ, инструкции по самоликвидации
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments